-- Всегда один и тот же ответ. Дитя, вы играете со львом. Если я не взял бы вас под защиту в эту неделю, вы были бы убиты. Неужели вы думаете, что мне неизвестны ваши уловки и что я не вижу ваших намерений? Вы затеяли опасную игру и сами угодили в расставленные вами сети. Вы целиком в моей власти. Теперь я диктую свое условие: завтра вы обвенчаетесь со мною. Залогом вашего повиновения будут служить головы дона Педро и дона Фернандо.
Схватив хрустальный графин со свежей водой, он наполнил свой стакан и разом опорожнил его.
-- Через час, -- продолжал он, так грохнув стаканом по столу, что он разлетелся вдребезги, -- начнется торжественная церемония. Вы должны стоять рядом со мной.
-- Я там буду, -- спокойно ответила донна Гермоса.
-- Прощайте, -- все так же мрачно сказал он и вышел, бросив на нее холодный взгляд.
Донна Гермоса быстро поднялась и, налив из графина воды, прошептала:
-- Дон Торрибио, дон Торрибио, ты же сам сказал: пока несешь чашу к устам, ненароком можешь ее разбить. Или жаждущий умереть...
-- Пора кончать, -- сказал дон Педро.
По знаку дочери он вышел на террасу и поставил у балюстрады две жардиньерки с цветами. Должно быть, это было условным сигналом, потому что буквально через несколько минут Мануэла вошла в гостиную, говоря:
-- Он здесь.