-- О, это правда! Это правда! Не так ли, Эстебан?
-- Клянусь вам, дон Педро! -- внушительно сказал тот.
-- Благодарю! Благодарю! Я знал, что этот негодяй лжет! Дети мои! Дети мои!
Молодые люди бросились к нему на шею и осыпали его ласками.
Тигровая Кошка, скрестив руки на груди, снова разразился зловещим хохотом.
-- Они любят друг друга, говорю же тебе, брат. Обвенчай же их!
-- Они имеют право любить друг друга, -- прозвучал вдруг громкий голос.
Все обернулись. В шалаш вошла Мануэла.
-- А! -- воскликнула она, бросив насмешливый взгляд на Тигровую Кошку, который сам, не зная почему, испугался ее внезапного появления. -- День правосудия настал! Я уже давно жду его. Господь Бог всех рассудит, и для проявления своего могущества он избрал меня.
Все присутствующие взирали на эту женщину с восторгом и почтением. Она же словно преобразилась. Глаза ее излучали свет. Спокойной и величественной походкой она направилась к асиендеру.