Майор скромно поклонился.
-- Не будем говорить обо мне, -- сказал он. -- Нас должен занимать более серьезный вопрос. О чем вы желаете говорить?
-- Разве отец мой не пригласит нас к огню совета своего народа? -- спросил начальник вкрадчивым голосом. -- Прилично ли великим начальникам говорить о важных делах, сидя на лошадях между двумя армиями, готовыми сразиться?
-- Я понимаю, чего вы желаете, начальник, но я не могу исполнить вашего желания. Когда город в осаде, ни один неприятельский начальник не может войти в него.
-- Неужели отец мой боится, что мы четверо способны взять город? -- сказал индеец, смеясь, но внутренне раздосадованный. Видимо, в крепости у них были свои люди, с которыми они желали согласовать свои действия.
-- Я имею привычку ничего не бояться, -- возразил майор, -- просто я сообщаю вам то, чего вы не знаете, вот и все. Теперь, если вы хотите воспользоваться этим предлогом, чтобы прекратить разговор, вы можете это сделать и мне остается только откланяться.
-- О, о! Какой отец мой живой для своих лет. Зачем же прерывать разговор, когда мы его еще и не начинали.
-- Говорите же.
Начальники переглянулись и шепотом быстро посовещались, после чего тот же начальник заговорил:
-- Отец мой видел великую армию апачей и всех союзных племен?