Проводника с ними не было.
Он указал им дорогу и на некоторое время оставил одних.
Вдруг Дюфальга придержал лошадь, привстал в стременах и с опаской огляделся.
Не увидев ничего особенного, он обернулся к своему спутнику, ехавшему позади и наслаждавшемуся превосходной сигарой.
-- Ну что, доктор?
-- Ничего, -- ответил тот, окутанный клубами дыма, из-за чего невозможно было рассмотреть выражение его лица.
-- Любезный Френсис, что-то не видно на дороге ни пеших, ни конных.
-- Это и хорошо, и плохо, мой добрый Гастон.
-- Что вы хотите этим сказать?
-- Что я хочу сказать? -- отозвался Френсис, стряхивая мизинцем пепел с сигары. -- Я хочу сказать, что, если встретится друг, это хорошо, а если встретится враг -- плохо.