-- Да, -- воскликнула она, -- я плакала и продолжаю еще плакать. Неужели вы не догадываетесь о причине этих слез, дон Луи? Я плачу потому, что я слабая женщина, чьему сердцу пришлось перенести тяжелую борьбу, прежде чем я приняла решение последовать за вами, теперь я презираю все... Все эти мелочные требования чахлой цивилизации, все эти глупые приличия, заставляющие скрывать искренние чувства и играть глупую комедию... Вот почему я плакала и продолжаю плакать теперь. Но, мой возлюбленный, я плачу столько же от радости, сколько и от стыда. Эти слезы -- признак победы, которую ты одержал надо мной...
-- Анжела, -- отвечал ей граф, -- я не обману вас ни в вашей любви, ни в вашем доверии.
Она бросила на него взгляд, выражающий полное самоотречение.
-- Мне ничего не надо, кроме вашей любви, -- тихо проговорил Луи, -- что мне за дело до всего остального. Но мне важно, чтобы та, которая отдала мне все, не уронила бы себя в общественном мнении...
-- Что же вы хотите сделать?
-- Дать вам мое имя, единственное, что у меня осталось. Хотя вы будете подругой разбойника, -- прибавил он с горечью, -- никто не посмеет назвать вас моей любовницей. Клянусь, в глазах всех вы будете моей законной женой.
-- О! -- радостно воскликнула она.
-- Отлично, брат, -- сказал Валентин, входя в хижину, -- я берусь пригласить священника, который благословит ваш союз. Истинного пастыря христианской церкви.
-- Благодарю вас, Валентин...
-- Зовите меня братом. Теперь я ваш брат, так как я брат Луи. Вы благородное существо, и я высоко ценю вашу любовь к нему. А теперь, -- прибавил он с улыбкой, -- мы будем соперничать друг с другом в любви к человеку, к которому оба привязаны.