Волонтеры с нетерпением ожидали ответа. Когда депутаты передали им свой разговор с генералом Гверреро, раздражение достигло последних пределов... Все требовали дать бой.
Командир батальона не знал, что делать.
-- Велите составить каре, -- сказал ему граф.
Приказание было выполнено.
Граф встал посреди войска и поднял руку. Все смолкли, понимая торжественность этой минуты.
Но граф колебался. За себя лично он не боялся, но понимал, что это сражение должно было решить участь всего затеянного дела...
-- Граф, -- обратился к нему один из офицеров, -- вы колеблетесь. Зачем же было приезжать? Не вы ли взяли Эрмосильо?
Это колкое замечание смутило графа.
-- Нет, -- вскричал он, -- я не колеблюсь! Но, друзья мои, обдумайте ваш поступок, пока еще не поздно... Подумайте о том, что вы будете лишены покровительства закона, если обнажите шпагу. Что хотите вы?
-- Битвы, битвы! -- вскричали волонтеры с энтузиазмом. Тогда граф обнажил свою шпагу и взмахнул ею над головой.