-- Продолжительное отсутствие Курумиллы. Вот уже три часа, как он нас покинул, не объяснив причины своего ухода, и до сих пор его нет.
-- Неужели у тебя зародилось подозрение на его счет? -- с горечью заметил Валентин.
-- Брат, -- возразил Луи, -- ты заблуждаешься. Я далек от мысли подозревать Курумиллу, но его отсутствие меня беспокоит. Я искренне расположен к вождю, и меня волнует все, что может причинить ему вред.
-- Курумилла осторожен, он превосходит других индейцев хитростью, и если его до сих пор нет, будь уверен -- существуют на то свои причины.
-- Я в этом убежден, но отсутствие вождя нас сильно задерживает, а промедление смерти подобно.
-- Что внушает тебе такие мысли? Может быть, от его отсутствия зависит наше спасение. Положись на меня, Луи, я лучше знаю Курумиллу, недаром я прожил столько времени с ним бок о бок, я питаю к нему глубокое доверие и советую тебе терпеливо ждать его возвращения.
-- Но если он попал в засаду, если его убили? Валентин окинул своего молочного брата ничего не выражающим взглядом и, презрительно пожав плечами, заметил:
-- Курумилла попал в засаду? Курумиллу убили? Да ты шутишь, брат! Ведь ты отлично знаешь -- этого никогда не может случиться.
Луи не нашелся что ответить на это замечание, высказанное с такой простодушной уверенностью.
-- Однако, -- проговорил граф через несколько минут, -- он все-таки заставляет слишком долго себя дожидаться.