Затем он с решительным видом, не медля и не колеблясь, но и не спеша, присел к своему бюро и написал несколько писем, которые он затем перечел с особым вниманием.
Вот эти письма:
5-го мая, 2 1/2 часа утра.
Сегодня, дорогая моя Аврора, я нуждаюсь во всех твоих талантах -- так же, как всегда нуждаюсь в твоей любви, твоих причудах и капризах, твоих минутах внезапного гнева, после которых так сладко примирение -- все это мне необходимо, как воздух, которым я дышу!
Итак, дорогая моя, мне теперь необходимо знать, и каким образом объясняют в интимном кругу доньи Августины Росас и доньи Марии-Хосефы Эскурра некоторые события, произошедшие в прошлую ночь на набережной, какие факты и явления связываются с ними, одним словом все то, что связано с этим делом.
Будь осторожна, особенно с доньей Марией-Хосефой; старайся не выказывать при ней ни малейшей тени любопытства или желания узнать подробности этих событий, а, напротив, заставь ее рассказать тебе все, -- в этом-то и должны проявиться твое искусство и ловкость.
Ты понимаешь, конечно, душа души моей, что весьма важные причины побуждают меня ко всему этому и что ни твой детский гнев, ни твои мимолетные капризы не имеют ни малейшего отношения к тому, что касается судьбы и участи твоего
Мигеля
-- Бедняжка Аврора! -- прошептал молодой человек, перечитав это письмо. -- Ба-а! Она быстра как молния, и сам черт не угадает ее мысли, если только она захочет их скрыть.
Теперь перейдем к следующему письму.