-- Я ручаюсь за него, -- вступил Монбар, остановив свой орлиный взгляд на буканьере, который в смущении опустил глаза.
-- И я ручаюсь! -- вскричал Тихий Ветерок. -- Ей-Богу! Все что имею, я с радостью отдам ему.
-- И я также, -- прибавил Прекрасный Лоран, пробираясь в толпе, чтобы остановиться у стола в двух шагах от Пальника.
-- Что ты скажешь на это? -- спросил Медвежонок, пожимая протянутые ему руки. -- Находишь ли ты эти ручательства достаточными?
-- Будем играть, сто чертей! И чтобы все было поскорей кончено!
-- Вот стакан, начинай.
Буканьер молча взял стакан, минуту встряхивал его в лихорадочном волнении, и кости с глухим стуком полетели на пол.
-- Удачно! -- сказал Медвежонок. -- Шесть и шесть -- двенадцать, да пять -- семнадцать. Теперь моя очередь.
Он небрежно взял стакан, встряхнул его и опрокинул.
-- Вот тебе на! -- вскричал он, смеясь. -- По шестерке на каждой кости; ты проиграл.