Судно, к которому так смело подошли контрабандисты, был бриг в девяносто тонн, чрезвычайно изящный, очень легкий и, должно быть, прекрасный на ходу; он был содержим в совершенной опрятности и выглядел как игрушка.
Хотя этот бриг и был коммерческим судном, но на нем были две коронады на носу и четыре медные каменнометницы на корме, что придавало ему воинственный и приятный вид.
Капитан, загоревший толстяк с умным выражением лица и серыми прехитрыми и плутоватыми глазами, принял дона Маркоса с выражением самой искренней дружбы и, пожав ему несколько раз руку, увел в свою каюту.
Дон Альбино по знаку, сделанному ему контрабандистом, последовал за ним в каюту капитана.
Когда за ними затворилась дверь, дон Маркос сказал:
-- Капитан Гишар, позвольте мне представить вам сеньора дон Альбино, одного из лучших моих друзей.
-- Я очень рад, -- весело ответил капитан. -- Теперь же, господа, садитесь и позвольте мне предложить вам по стакану старой французской водки, которую мы разопьем, беседуя.
-- Я с удовольствием принимаю ваше предложение, капитан, -- сказал дон Маркос, -- я давно уже знаю вашу водку и чем более ее пью, тем более она мне нравится.
-- Право, вы прекрасно выразились, -- сказал капитан, ставя на стол бутылку и три стакана, которые он тотчас же и наполнил.
-- За ваше здоровье, господа! -- добавил он.