-- Я простила этого человека! -- сказала донья Мария.
-- Матушка, -- ответил Доминик. -- Когда я проклял его, моими устами говорил отец. Его голос звучал из залитой кровью могилы. И это проклятье останется на нем во веки веков! Когда он предстанет перед высшим судом, Бог спросит его, как некогда спросил Каина: "Что сделал ты с братом твоим?"
Услышав это, дон Горацио упал как подкошенный. Дон Хаиме и донья Мария отошли от него. Так и лежал он на полу неподвижный, будто мертвец. Наконец, донья Мария склонилась над ним.
-- Не надо, матушка! -- остановил ее Доминик. -- Не оскверняйте себя этим прикосновением!
-- Но ведь я простила его! -- тихо произнесла донья Мария.
Дон Горацио между тем стал понемногу приходить в себя. Он поднялся с выражением решимости на искаженной гримасой страдания лице и обратился к Доминику:
-- Вы требуете мести, -- сказал он, -- что же, вы будете отомщены!
Он порылся в ящике стола, что-то достал, снова запер ящик и решительно подошел к двери.
-- Войдите, кабальеро, все войдите! -- крикнул он громко.
В ту же минуту комната наполнилась людьми.