В случае промаха они нагибались до самой земли, не останавливая стремительной скачки, поднимали оружие и метали его снова.
В это время подняли еще несколько семейств страусов.
Охота приняла невиданный размах.
Крики и восклицания торжества переросли в оглушительный шум.
Палицы со свистом разрезали воздух, ударяя по шее, крыльям и ногам растерявшихся страусов. Обезумев от страха, животные пытались прибегать к разным хитростям, то и дело бросаясь из стороны в сторону, чтобы уйти от неумолимых преследователей, и ударами крыльев силились отбиться от лошадей.
Несколько лошадей взвились на дыбы и, потеряв равновесие среди теснившихся вокруг них страусов, упали и увлекли в своем падении всадников.
Птицы воспользовались суматохой и пустились бежать, не подозревая об опасности, прямо в ту сторону, где их ждали другие охотники, встретившие их градом палиц.
Сбив птицу с ног, охотник сходил с лошади, добивал жертву, отрезал у нее крылья в знак торжества и опять принимался за гонку с еще большим пылом.
Страусы и охотники неслись, как кордонасо, этот страшный ураган мексиканских степей.
На равнине уже лежало около сорока страусов.