Краснокожие храбры, даже отважны -- этого нельзя ни отрицать, ни подвергать сомнению, -- но их неустрашимость всегда рассчитана, они сражаются только имея перед собой цель и никогда не рискуют жизнью без видимой причины.
Они колебались.
-- Я думаю, что мы поступили благоразумно, перезарядив наше оружие, -- заметил граф, сохраняя бесстрастный вид.
-- Еще бы! -- отозвался Меткая Пуля с усмешкой.
-- Все равно я сильно трушу, -- сказал Ивон, у которого глаза блестели и губы тряслись.
-- Эх вы, Кровавые индейцы! -- вскричал Серый Медведь, взводя курок своей винтовки. -- Неужели трое бледнолицых наводят на вас страх? Вперед, вперед!
Издав боевой клич, краснокожие ринулись на охотников. Остальные индейцы уже сбегались со всех сторон на крики товарищей, чтобы принять участие в битве.
ГЛАВА XXI. Мать и дочь
Теперь мы должны оставить на несколько минут наших отважных путешественников в их критическом положении, чтобы сказать два слова об одном из важных действующих лиц этого рассказа, о котором мы давно уже не упоминали. Тотчас после ухода индейцев Джон Брайт принялся устраивать свою плантацию с деятельностью американца, которую нельзя сравнить ни с какой другой.
Опасность, от которой он спасся лишь непостижимым для него чудом, заставила его задуматься не на шутку.