-- Ей-Богу, отличная мысль! -- вскричал граф, расхохотавшись. -- От такого смелого охотника, как вы, Меткая Пуля, я другого и не ожидал. Вернемся скорее к нашей обсерватории и будем наготове.
Канадец вскочил в седло, и трое спутников вернулись к своей прежней стоянке.
По свойственной ему привычке Меткая Пуля, по-видимому ожесточенный враг прямых путей, заставил своих спутников сделать бесчисленное множество обходов с очевидной целью сбить с толку тех, кого случай навел бы на их след.
Они достигли вершины пригорка на мысу в ту минуту, когда солнце уже заходило за горизонт.
Под влиянием последних лучей дневного светила предметы вокруг постепенно окрашивались во все более мрачные цвета. Поднялся свежий вечерний ветерок и с таинственным шелестом заколыхал верхушки громадных деревьев. Рев ягуаров и кугуаров уже примешивался к крикам оленей, мычанию бизонов и порывистому вою красных волков, темные силуэты которых начинали появляться там и здесь на берегах реки.
Становилось все темнее, и вскоре звезды ярко замерцали на ночном небосклоне.
Три охотника расположились на вершине пригорка, на том самом месте, которое оставили несколько часов тому назад с намерением больше туда не возвращаться.
Стали готовиться к ужину.
Приготовления эти длились недолго, осторожность требовала, чтобы они не разводили огня, так как он мгновенно обнаружил бы их присутствие для невидимых глаз, вероятно, осматривавших прерию во всех направлениях.
Пока охотники ужинали несколькими пригоршнями пеммикана [Бизонье мясо, сперва высушенное, а потом превращенное в порошок. (Примеч. перев.)], они не сводили глаз с лагеря переселенцев, костер которых так и светился в ночной темноте.