-- Я?.. Нет, оставь ее себе; делай из нее что хочешь.
-- Ладно! Я сделаю себе фуфайку, -- весело потирая руки, сказал лейтенант.
-- Хоть сапоги сшей, если тебе так хочется, но -- тысяча чертей! -- оставь меня в покое и не трещи мне то и дело в уши про эту глупую историю.
-- Гм! Что это с ним? -- пробормотал про себя лейтенант. -- Вот и старайся для других, чтобы встретить подобную награду!
Он пожал плечами.
Флибустьеры были опечалены; они гребли молча и задумавшись. За все время переезда они не перекинулись ни одним словом.
Только несколько сажен [ речь идет о морской сажени, равной 1,6 м ] отделяло их от пристани, когда они увидели человека, который бежал к морю с саблей в руке, преследуемый толпой флибустьеров.
Два раза этот человек останавливался на бегу, чтобы повернуться лицом к преследователям, и каждый раз, выхватив из-за пояса пистолет, он стрелял и укладывал на месте одного из своих противников.
Взбешенные авантюристы удваивали усилия, чтобы догнать его, но беглец, достигнув берега, переломил на колене саблю, швырнул обломки в море, осенил себя крестным знамением и бросился в воду головой вперед; волна тотчас подхватила его и увлекла на глубину.
Лоран вскрикнул от ужаса: он узнал дона Рамона.