-- Так не будем терять времени, -- сказал Олоне, -- я умираю с голоду.
Они прошли в столовую.
Там уже находились дон Рамон, донья Линда и отец Санчес.
Капитан вопросительно взглянул на монаха.
-- Дамы к завтраку не выйдут, -- ответил ему отец Санчес. Лоран не стал настаивать.
Все уселись за стол и принялись есть.
Донья Линда была прелестна; ее лицо приобрело прежнюю перламутровую свежесть, оттенок меланхолии придавал ее красоте еще большее очарование.
Дон Рамон был серьезен, но не грустен; он любезно отвечал на вежливые знаки внимания, выказываемые ему флибустьерами.
Разговор, сначала довольно вялый, вскоре оживился и сделался занимательным.
-- Адмирал, -- обратился дон Рамон к Монбару, -- я рад, что вижу вас и могу выразить вам свою благодарность за великодушие...