-- И еще многое другое. Что сталось с этими двумя женщинами?
Индеец опустил голову и ничего не ответил.
-- Будешь ты говорить, презренный?
-- Я не знаю, -- нерешительно сказал Каскабель. -- Тотчас после похищения я был арестован и перевезен в Сеуту...
-- Откуда ты сбежал!
-- Нет, ваше сиятельство; некий пожелавший остаться неизвестным доброжелатель снабдил меня средствами, чтобы я мог перебраться в Америку, когда после двух лет мук и страданий губернатор Сеуты велел однажды привести меня к себе и объявил, что я волен дать себя повесить, где хочу.
-- И ты не знаешь имени великодушного человека, который выручил тебя?
-- Я всегда думал, что это мой прежний господин; быть может, он женился на девушке, которую я помог ему похитить, и потому, больше не опасаясь, что я кому-то что-либо открою, наконец сжалился надо мной.
-- Это возможно, хотя и не очень вероятно. Как звали твоего господина?
-- Имени его я никогда не знал, ваше сиятельство... впрочем, вам оно наверняка хорошо известно.