Спустя немного времени шесть или восемь окровавленных негров в страхе пробежали на некотором расстоянии от дороги. Увидев, что они бегут в ужасе, трусы вдруг превратились в храбрецов и хотели было по ним стрелять.
-- Побежденных не бьют, -- опять сказал Мигель Баск.
И великодушный флибустьер презрительно пожал плечами.
-- Однако, друг мой, -- обратилась к нему донья Флора, -- зачем же нам оставаться здесь дольше? Быть может, ваш господин подвергается опасности! Лучше бы поспешить к нему на помощь.
-- Ив самом деле, -- прибавила донья Линда. -- Бедный граф! Нельзя же оставить его таким образом одного. Ради Бога, отправимся за ним вслед!
-- Прелестнейшие сеньориты, -- возразил Мигель Баск с поклоном и сладкой улыбкой, -- если его сиятельство и находится в опасности, то, как бы велика она ни была, это его дело, он выпутается, как сумеет. Мне же он приказал оставаться здесь и охранять вас, что я и исполню, хоть бы целый легион чертей налетел сюда невзначай и попытался переломать нам ребра.
-- А что если он убит?! -- вскричала донья Флора в ужасе.
-- Убит? Он-то? -- пожал плечами флибустьер. -- Видно, что вы не знаете его, сеньорита! Не настолько он неловок.
-- Все же его могли ранить, -- прибавила донья Линда.
-- Ранить? Его? Это невозможно. Во-первых, сражение -- это его стихия, он счастлив только там.