-- Никогда твое имя не срывалось с его губ; он считает тебя умершей.
-- Тем лучше! -- заметила она. -- Может быть, эта уверенность сделает его снисходительнее к невинному, которого он преследует, ведь одной жертвы должно быть для него недостаточно.
-- Ты не знаешь нашего отца, бедная, милая Клара, если тешишь себя этой мыслью. У него железное сердце и неумолимая душа, его ненависть так же сильна ныне, как и двадцать лет тому назад. Герцог Пеньяфлор не прощает, он осуществляет свое мщение с жаром и упорством, которые только усиливаются от затруднений и препятствий, а не слабеют.
-- Ах! Я знала все это, однако не смела думать, чтобы это было правдой... Где он? Конечно, в Испании?
-- Нет, он одновременно со мной приехал в Америку; он находится теперь в Панаме, но, кажется, не останется там.
-- В Америке? Зачем он сюда приехал?
-- Попробует в последний раз сделать попытку отомстить, сестра.
-- Но что он намерен делать?
-- Не беспокойся, я скажу тебе об этом или, по крайней мере, открою тебе все, что мог уловить из темного заговора, который он составил с ужасающим искусством и который, если Господь не помешает ему, должен неминуемо принести ему успех, так хорошо он все продумал.
-- Боже мой! Боже мой! -- прошептала донна Клара, сложив руки с мольбой.