-- Так объясни мне все откровенно, -- сказал губернатор с нетерпением, -- я должен знать, по крайней мере, что у тебя на уме.
Хотя уже и будучи стариком, д'Ожерон, все еще молодой сердцем и умом, сохранил со времен прежней отважной жизни вспыльчивость, которая при малейшем противоречии заставляла кровь бросаться ему в лицо и пробуждала в нем страшный гнев.
-- Я очень хочу объясниться, дядюшка, но сделаю это с одним условием.
-- С каким? Говори же.
-- Вы должны выслушать меня спокойно и не сердиться.
-- Где это ты видел, чтобы я сердился, черт побери! -- вскричал раздражительный старик, ударив кулаком по столу так, что тот чуть не разлетелся в щепки.
-- Вот видите, вы уже начинаете сердиться!
-- Отправляйся к черту!
-- С удовольствием, -- ответил Филипп, делая шаг к двери.
Но дядя торопливо схватил его за полу камзола.