-- Молчать! -- закричал Пьер громким голосом. -- Бросайте якорь!
Можно было слышать прерывистое дыхание всей массы собравшихся на берегу людей, до того глубокой была тишина.
Якорь упал. Наступила критическая минута. Судно продолжало быстро приближаться к берегу, скорость его мало-помалу уменьшалась. Потом оно остановилось, медленно повернулось; якорь держал, судно было спасено. Команда закричала радостное "ура", на которое ответили восклицания с берега.
-- Славное судно, мой старый дружище, -- заметил Пьер, -- жаль было бы потерять его.
-- Его построил Монбар, -- с гордостью заявил Тихий Ветерок, -- а он знает в этом толк.
Глава VIII. Представление
В тот момент, когда в силу обстоятельств наш рассказ снова переносит нас в гостиницу, то есть около полудня, Корник, хозяин этой гостиницы, печально стоял на пороге двери, с испуганным видом взирая на опустошения, произведенные ураганом прошлой ночью. Достойный трактирщик позаботился запереться в своем доме и всю ночь дрожал от страха, так что зрелище, представшее теперь его глазам, не только изумляло, но и пугало его, когда он думал об ужасных опасностях, которым он мог бы подвергнуться, если бы не затаился столь предусмотрительно в своем доме.
Пробило половину первого; почти в ту же минуту вошли шесть моряков -- или, лучше сказать, они ворвались в гостиницу так неистово, что оттолкнули Корника, чуть было не сшибив его с ног. Однако он не рассердился, напротив, он громко расхохотался и, с трудом обретя равновесие, сказал троим или четырем голодным слугам, блуждавшим, как тени, по зале:
-- Ну-ка, живо вина этим господам!
"Эти господа" оказались малыми самой мошеннической наружности, с резкими и слегка нетрезвыми движениями, в оборванной одежде, но из их карманов при малейшем движении раздавался очень приятный серебристый звук. Корник не ошибся относительно прибывших. Увидев их, он весело потер себе руки, пробормотав сквозь зубы: