"Индейцы, равно как и все народы земли, даже и те, которые не приняли крещения, должны быть свободны и наслаждаться обладанием того, что им принадлежит. Все, что не будет согласовываться с этим основным положением -- осуждается и законом Всевышнего, и законом естественным!"
В 1462 году папа Пий II грозил отлучением от таинства святого причастия всем португальцам, отправляющимся на ловлю негров в Гвинею.
В1639 году папа Урбан VIII предавал проклятию рабовладельцев, в 1721 году Бенедикт XIV особым указом порицал и укорял бразильское духовенство и епископов в попустительстве рабовладению и, наконец, в 1839 году папа Григорий VII особой буллой подтвердил все эти порицания и воспрещения своих предшественников.
Но что до всего этого монахам Сан-Бенто или всем остальным? Рим далеко и, главное, совершенно бессилен, а им живется хорошо при этих условиях, и местные законы покровительствуют им.
Они лучше, чем кто-либо другой, могли бы противодействовать этому страшному злу, могли сделать много добра, но вместо того предпочли остаться богатыми фазендерос [ фазендерос -- владельцы фазенд, помещики ] и стараются искупить свои грехи раздачей нескольких мисок супа.
Впоследствии я еще раз вернусь к этому интересному вопросу, а теперь перейдем к другому.
Одним из моих самых больших удовольствий было встать пораньше и пойти на рынок -- преимущественно на портовый рынок. Этого стариннейшего из всех рынков Рио теперь уже больше не существует, но все же я хочу сказать о нем несколько слов.
Каждое утро я встречал здесь одних и тех же торговок, присевших на корточки и неумолчно болтающих, спорящих и ссорящихся между собой, выряженных в лохмотья и кружева, грубых и вместе с тем своеобразно живописных.
Здесь есть и негритянки лавочницы, местные матроны, патрицианки рынка, с ключами от дома на крючке у пояса. Эти бразильские торговки соблюдают своего рода важность; они имеют своих рабов, которые раскладывают товар, предлагают его покупателям и ведут с ними переговоры, между тем как хозяйка лавки весело хохочет и переговаривается с товарками, а затем произносит свое решающее слово, когда торг между ее подручным и покупателем уже почти окончен.
Этих же рабов хозяйка лавки часто отправляет с ручным ларьком, нагруженным товаром, на углы улицы заманивать изнемогающих от жажды или же просто любопытных покупателей.