-- Как бы не так! Если ты скажешь еще слово, клянусь, я тебя зарежу.
-- Вот как! Но ты даже не умеешь держать ножа.
-- Посмотрим! -- вскричала Манонга, опьянев от гнева и выхватив нож из-за пазухи, обернула левую руку шарфом и стала в позицию.
-- Посмотрим! -- ответила Кларита и тоже, проворно выхватив нож, приготовилась к бою.
Дуэль между двумя девушками сделалась неизбежной.
Дон Пабло, невольно явившийся причиной такой необычной дуэли, всячески старался урезонить девушек, но ни та, ни другая не обращали внимания на его слова. В полном отчаянии он продолжал взывать к разуму девушек, но тут опять вмешалась публика, которую на сей раз интересовала не только перебранка девушек, но и увлекательное зрелище -- женская дуэль на ножах, поэтому они стали требовать, чтобы он успокоился и предоставил девушкам объясниться как им желательно.
Танцор, внутренне убежденный, что он невиновен в случившемся и что только его доброе сердце побудило его стараться уладить скандал, уступил требованию публики и, скрестив руки на груди, решил оставаться зрителем, если не равнодушным, то по крайней мере бескорыстным, предстоящей дуэли.
Странное и величественное зрелище являли собой эти девушки в странной одежде, гордо стоявшие друг против друга в полутемной зале, готовые к схватке, между тем музыка" и танцы продолжались как ни в чем не бывало, водка по-прежнему лилась рекой и по-прежнему звучал нестройный хор голосов, распевавших веселые песни.
-- На сколько дюймов деремся, милая? -- воскликнула Кларита.
-- На все лезвие, душа моя, -- насмешливо ответила Манонга. -- Я хочу оставить автограф на твоей физиономии.