Они ехали уже около двух часов в полном молчании. Охотник словно был сам по себе и совершенно не замечал тех, кому он служил проводником. Он даже ни разу не повернул головы, чтобы удостовериться, что они следуют за ним. Такое поведение Каменного Сердца не очень удивляло дона Педро, который, судя по тому, как тот вел себя накануне, мог ожидать любых неожиданностей. Однако он был оскорблен нарочитой холодностью и равнодушием этого человека, и поэтому не делал никаких попыток заговорить с ним в надежде на обходительность и расположение с его стороны.
Ближе к полудню путешественники выехали на прогалину, довольно обширную, в центре которой из расселины в скале, возвышавшейся в виде пирамиды, бил фонтанчик чистой и прозрачной, как хрусталь, воды. Прогалина эта, осененная пустыми сводами гигантских деревьев, росшими по ее краям, являла собой превосходное место для отдыха усталых путешественников.
-- Мы переждем здесь, пока спадет самая жара, -- сказал проводник. И это были первые слова, произнесенные им за все время пути.
-- Хорошо, -- улыбнулся дон Педро. -- Лучшего места просто не придумаешь.
-- На одном из мулов навьючена провизия. Вы можете распоряжаться ею. Она взята для вас, -- сказал охотник.
-- А вы разве не закусите с нами? -- спросил дон Педро.
-- Я не голоден, не беспокойтесь. Я должен заняться делом.
Считая бесполезным настаивать, дон Педро спешился, потом снял дочь с лошади. На лошадей надели путы и стали готовиться к отдыху.
Каменное Сердце молча помог пеонам снять с мула провизию и, разложив ее пред доном Педро и его дочерью, быстро удалился в лес.
-- Странный человек! -- прошептал управляющий, с удовольствием приступая к трапезе.