-- Бедная женщина, -- проговорил дон Руис, -- как бы помочь ей?
Он направился к тому дереву, под котором лежала пленница.
Бандиты, схватив девушку, набросили ей на голову плащ, чтобы помешать ей кричать, и, рискуя задушить ее, крепко затянули ее этим плащом.
Первым делом охотник освободил пленницу от плаща и веревок.
Сердце его сжималось от жалости при виде незаслуженного страдания; в то же время ему интересно было узнать, кто эта женщина, похищению которой бандиты придавали такое громадное значение.
Стоя перед ней на коленях, он начал развертывать ее голову. Вдруг он вздрогнул и откинулся назад, побледнев как мертвец и широко раскрыв глаза: он увидел лицо молодой девушки.
Она была бела как мрамор, глаза закрыты, дыхания не слышно; она казалась мертвой.
-- Хесус! -- воскликнул охотник душераздирающим голосом. -- Она! Это она, о Господи!
Его горе и отчаяние были столь сильны, что в первые минуты он точно окаменел, не будучи в состоянии думать, и устремив безумный взгляд на мраморное лицо девушки.
Вдруг из ее груди вырвался вздох, и из глаз покатились две крупные слезы по загорелым щечкам: неукротимая энергия этого исключительного создания взяла верх над страданием.