-- Я приду сию минуту! -- дон Порфирио, скрываясь вместе с дочерью.
Между тем Твердая Рука, дон Руис и Ястреб пошли в залу, где по мексиканскому обычаю стояли уже на столе всевозможные напитки.
Пепе Ортис последовал за ними, но скромно сел поодаль на скамейку, подле двери.
Дон Порфирио возвратился через полчаса; он был сильно взволнован и сейчас же поспешил успокоить своих друзей.
-- Все сошло вполне благополучно. Донья Энкарнасьон, проснувшись от горячих ласк дочери, очень обрадовалась, увидев ее; и прежде чем успела сообразить все, что произошло, Хесус так ловко сумела обмануть ее, что она теперь убеждена в своей ошибке, и думает, что ее дочь была с нами во время прохода через ущелье. Значит, с этой стороны нам больше нечего опасаться. Теперь я к вашим услугам, простите, что запоздал!
-- Прекрасно, -- сказал Твердая Рука, -- я в восторге, что дела приняли такой оборот.
-- Вы хотели что-то сказать мне?
-- Да, кажется, об очень важных известиях.
-- В чем же дело?
-- Я сам не знаю; но Пепе Ортис, которого мы встретили в саванне, говорит, что он привез важные новости.