-- Так мне надо поторопиться, -- сказал Пепе Ортис, -- запрятать подальше дичь, которую я подобрал в пути.
-- Что?! О какой дичи ты говоришь?
-- О! Пустяки, двадцать солдат, да двадцать пять офицеров-мятежников.
-- Молодец, тебе часто приходят прекрасные мысли!
-- Я это и сам знаю, -- сказал он смеясь, -- но только признаюсь, эти господа очень стесняют меня. Куда я их дену?
-- Есть о чем тревожиться! Домингес, не найдется ли у вас места для этих пленников?
-- Сколько угодно, сеньор! -- отвечал хозяин. -- Задняя стена моей гостиницы выходит прямо на реку. Дайте сигнал, и сюда сейчас же подплывет лодка, в которую мы и спустим голубчиков через окошко.
-- Как мешки с пшеницей! Домингес, вы неоценимы! Ты слышишь, Пепе; не теряй же времени, мой друг.
Пепе тотчас же вышел с хозяином трактира. Молодые люди остались одни.
Дон Торрибио сильно беспокоился, думая о донье Санте; одна, в маленьком домике на главной площади, она подвергалась большим опасностям; там должен быть самый разгар сражения.