-- Я не понимаю вас. Нашему союзу грозит опасность, и моя обязанность защитить его.
-- Вот вы и ошибаетесь. Нападают не на союз, а лично на вас.
-- На меня? По какому же поводу?
-- Просто удивительно, милый дон Мануэль, как ваша память слабеет с каждым днем! Неужели вы забыли о своих старых грешках, как, например, о детях, вверенных вашей опеке, о наследстве, данном вам на хранение, и о некоторых статьях известного вам завещания? Да мало ли еще чего!
-- Что же, я сумею вывернуться, не беспокойтесь.
-- Верю вам; ну, а потом?
-- Как, потом?
-- Да раз выплывет это дело, то ваши враги употребят все средства, чтобы обеспечить себе успех. А разве вы не боитесь, что ваш знаменитый союз платеадос, представителем которого вы являетесь, дает вашим противникам немаловажные аргументы для улик против вас? Но наши враги не решились рисковать огромной суммой денег, необходимой для возбуждения процесса в Мексике, зная, кроме того, что у нас имеются приверженцы не только в министерствах, но даже среди приближенных самого президента? Таково было положение дел, когда пронунсиаменто все изменило, низвергнув наших друзей и заменив их врагами.
-- Пронунсиаменто, которому они, конечно, содействовали.
-- Изо всех сил; это был их единственный шанс на успех.