Впрочем, он решился отпереть двери путешественникам и впустил их с явным неудовольствием и только после неоднократных их уверений, что они явились без дурных целей.
Однако, приняв путников, хозяин венты оказался по отношению к ним любезным и услужливым лишь настолько, насколько эти качества свойственны мексиканскому трактирщику, принадлежащему, заметим мимоходом, к самой негостеприимной нации.
Хозяин постоялого двора был маленьким тучным человеком с кошачьими манерами и угрюмым взглядом, довольно пожилым, но тем не менее живым и энергичным.
Когда путешественники поставили лошадей в корраль, перед связками альфальфы [Альфальфа -- люцерна, клевер.], а сами поужинали с аппетитом людей, только что совершивших большой переход, то некоторая холодность, установившаяся было между ними и трактирщиком, совершенно исчезла после нескольких глотков каталонского рефино [Рефино -- особый сорт водки.], любезно предложенного хозяину канадцем. Затем между ними завязалась самая задушевная беседа. Ребенок, заботливо укутанный охотником в теплое сарапе [Сарапе -- шерстяной плащ ярких цветов, мексиканская национальная одежда.], спал спокойным сном, свойственным этому счастливому возрасту, для которого жизнь заключается в настоящем, а будущего не существует.
-- Ну, приятель, -- весело произнес Транкиль, наливая трактирщику стакан рефино, -- кажется, вы здесь неплохо устроились?
-- Я?
-- Конечно! Ложитесь вы спозаранку, и я готов биться об заклад, что и встаете вы очень поздно.
-- Что же мне еще делать в этой проклятой глуши, куда я попал, надо полагать, за свои грехи?
-- Значит, путешественников бывает мало?
-- И да и нет. Это зависит от того, что вы подразумеваете под словом "мало".