Пруссаки очутились точно в горниле.
Вдруг грянул оглушительный удар.
Это взорвалась тележка. От нее огонь перешел к пороховому ящику на передке, взорвался и тот с страшным треском, и во все стороны полетели осколки дерева и железа, которые искалечили и убили множество солдат.
Хаос достиг своего апогея, всеми овладел панический страх, ввиду ужас наводящей опасности они забыли всякую дисциплину и очертя голову ударились бежать врассыпную, имея одно на уме -- спастись от смерти. Они ежеминутно ожидали нового взрыва.
Но порядочное число старых солдат, стыдясь такого унизительного бегства и позорной паники, оставались на своих местах и, не расстраивая рядов, окружили начальников с твердым решением исполнить свой долг.
Благодаря этим храбрым воинам вокруг транспорта восстановился некоторый порядок, команда была слышна и сейчас исполняема, завязалась неумолкаемая перестрелка между пруссаками, или, вернее, баварцами -- весь отряд состоял из баварцев, -- и их невидимыми противниками.
На несчастье немецкого войска, все невыгоды были на его стороне. Неприятель за отличным прикрытием стрелял в него, не подвергаясь опасности. Подобное положение не могло длиться долго, следовало прекратить его, во что бы ни стало, уланам приказали атаковать лес и выгнать оттуда вольных стрелков.
Они помчались, оглашая воздух исступленными "ура". Французы дали им въехать в лес, продолжая стрелять, как в мишени, -- в солдат, оставшихся на дороге.
Вдруг послышались ужасные крики ярости, боли, отчаяния и, примешиваясь к ним, крики "Да здравствует республика!" при неумолкаемом беглом ружейном огне.
Что же происходило в лесу?