Он вдел крючок цепочки в петлицу жилета, и часы сунул в карман. Потом он открыл портмоне -- деньги, и банковые билеты лежали в нем точь-в-точь как он положил их сам.
-- Я с ума сошел! -- пробормотал он, пожав плечами, закрыл портмоне и опустил его в карман. -- Как мне знать, что я имею дело не с ворами, и что хотят от меня не денег...
Он протянул руку к двум единственным предметам, которые оставались еще на камине, именно бумажник из русской кожи, довольно большого объема, и сигарочница, также из русской кожи, но с украшениями из черепахи. Бумажник казался, набит бумагами, а сигарочница, по-видимому, полна была сигар. Прежде чем взяться за тот или другой из этих предметов, барон остановился и бросил вокруг себя подозрительный взгляд.
Он был один, насколько мог судить, для большей предосторожности, однако, он взял свою трость, которую увидел в углу у камелька, ее отняли у него во время минутной борьбы, которую он пытался, было завязать с напавшими на него людьми, и немало изумился, увидав ее тут, когда считал потерянною.
Итак, он взял трость и ею попробовал все стены. При легком стуке они везде издавали звук короткий и резкий. Почти успокоенный, барон поставил назад трость, откуда взял ее, и приподнял одну из оконных занавесок. Окно ограждалось снаружи решеткою, в него барон увидал только, живописную правда, картину горной местности, покрытой лесами, но она вовсе не была ему знакома.
Машинально он взялся за ручку одной двери, потом другой: обе были заперты снаружи, внутри запоров не имелось.
-- Ну, сыграно ловко! -- сказал он с бледною улыбкой. -- Решительно, я имею дело с доками, ни одной ошибки не сделано, надо сознаться, что я не более подвинулся вперед теперь, чем с час назад.
Он вернулся тогда к камину, взял бумажник, развернул его и тщательно осмотрел все, что в нем находилось. Осмотр длился долго, барон не пропустил ни одного отделения и в каждом перебрал все бумаги по одной, даже самые пустые по-видимому.
-- Почему они не взяли этого бумажника? -- пробормотал барон, нахмурив брови. -- В нем же заключаются бумаги для них интересные, завладеть которыми им могло прийти искушение. Какая западня кроется под этим мнимым упущением? Гм! Что-то не чисто; более прежнего надо быть настороже.
Он закрыл бумажник и тщательно спрятал его в боковой карман сюртука.