-- Ради самого неба, пощадите!.. -- вскричал Жейер, опускаясь на колени и сложив руки.
-- Встаньте, -- сказал ему Мишель с убийственным презрением, -- ваша низость и трусость делают вас еще гнуснее. -- И подобные-то неприятели победили нас! -- прибавил он с брезгливой горечью.
Банкир, казалось, не сознавал даже, что вокруг него делается, он механически повиновался приказанию офицера, встал на ноги и тяжело опустился опять в кресло.
-- Ну же, кончим скорее! -- нетерпеливо крикнул Мишель. -- Час наказания для вас пробил. В какую цену ставите вы ваше презренное существование?
Банкир поднял голову, словно от электрического сотрясения, глаза его сверкнули молнией.
-- Вы оставите мне жизнь? -- пробормотал он задыхаясь.
-- Быть может. Не всегда затаптывают под ногами пиявку, которая напьется крови до того, что разбухнет, порой довольствуются тем, что выдавят ее.
Мишель наклонился к Жейеру и прибавил так тихо, что один он мог слышать его.
-- Семь вагонов, нагруженных вашею хищническою добычей, ждут только вашего приказания, чтоб двинуться за границу, или, вернее, следовать за вами в предполагаемом постыдном бегстве вашем в Германию, эти вагоны одни могут спасти вашу жизнь и служить ей выкупом.
-- Но я разорюсь, разорюсь вконец! -- вскричал гаденький человек в отчаянии.