-- Я просто стараюсь отнимать у вас по мелочам, что вы воруете оптом. Вы представить себе не можете, какое для меня удовольствие выдавливать -- простите пошлость выражения -- немецких пиявок, у нас надувшихся от ворованных богатств до того, что чуть не лопнут. Вот хоть бы вашего соотечественника, например, который тут корчит такие рожи, а все-таки поплатится, если не хочет попробовать виселицы.
-- Ага! Понимаю, так вы завладели мною, чтоб взять с меня выкуп.
-- Боже мой! Да! Вы мне позволите взять сигару? -- прибавил он, бросив свою, которой дал погаснуть.
-- Сделайте одолжение, для вас, собственно, я и положил их тут.
-- Благодарю, -- сказал Мишель, насмешливо улыбнувшись.
Он взял сигарочницу и открыл ее.
-- Я опасаюсь, -- продолжал барон, -- что на этот раз ваши соображения не увенчаются успехом.
-- Отчего же?
-- Ведь я бедный дворянин, несколько сот франков, которые в моем бумажнике, все мое достояние, если достойный господин Жейер не возьмется внести за меня выкуп, я вовсе не понимаю, как мы покончим дело.
-- Легче, чем вы думаете, господину Жейеру едва под силу справиться с собственным выкупом, где ж ему браться еще за ваш.