Они стояли на самой опушке леса, скрытые деревьями; в четырехстах метрах впереди них, несколько вправо, были палатки и навесы пруссаков, а левее тянулась их боевая линия, не более как в шестистах метрах от леса, куда Оборотень привел стрелков таким искусным обходом.
-- Понимаете? -- обратился он к офицеру.
-- Еще бы! -- возразил тот. -- Они попались.
-- Не теперь, но с помощью Божией попадутся скоро. Предоставляю вам расставить ваших людей, но строго запретите им стрелять до команды.
Офицер вернулся к солдатам.
В эту минуту Оборотень почувствовал, что об ноги его что-то трется. Он опустил глаза и увидал Тома; возле него стоял мальчик.
Мощными своими руками, приподняв сына, он крепко поцеловал его в обе щеки и опустил опять.
-- Что ты тут делаешь? -- спросил он.
-- Меня послали отыскивать вас, батюшка; там беспокоятся на ваш счет.
-- Да, понимаю. Духом беги к ним назад и веди их сюда; они рады будут участвовать в забаве.