-- Конечно, -- подтвердила графиня, пристально взглянув ему в глаза, -- их могут открыть с минуты на минуту.
-- Успокойтесь же, сударыня, -- ответил Оборотень улыбаясь, -- если бумаги эти вам так дороги и вы так сильно желаете иметь их в руках, то вот они; по крайней мере, я полагаю, что они находятся в этом ящичке.
Он достал из-за пазухи ящичек, так смело взятый им в Страсбурге, в доме графини де Вальреаль, и подал его молодой женщине.
Она ухватилась за него с движением радости и невольным восклицанием восторга.
-- О! Друг мой, -- вскричала она с чувством, -- как мне отплатить вам!
-- Ни слова о награде, сударыня, -- перебил он почти грубо, силясь скрыть, что тронут, -- человеку не платят за исполнение долга; говорят ему спасибо и делу конец.
-- Справьтесь-ка с ним, -- засмеялся Отто, -- ему цены нет, честное слово.
-- Как вы успели исполнить мое поручение?
-- О! Это было не трудно. Командир Мишель поручил мне отвезти Поблеско в Страсбург, я воспользовался случаем и два дела сделал разом. Ничего проще быть не может.
-- Как видите, графиня, у Оборотня все чрезвычайно просто, -- заметил Отто смеясь, -- а порасспросите кого-нибудь из его товарищей, и вы услышите рассказ о подвиге неслыханной отваги. Что его касается, то напрасно настаивать, он вам не скажет ничего более, в полном убеждении, что все им сделанное очень естественно и не стоит быть передано.