-- Кто там? -- крикнул он, вскочив на постели и протягивая руку к револьверам, которые лежали на столе возле него.
-- Осторожно, командир, не играйте револьверами, -- остановил его насмешливый голос, -- в темноте долго ли до несчастья.
-- А! Это вы, Оборотень? -- обрадовался Мишель, узнав голос контрабандиста.
Он проворно соскочил с постели и подошел к камельку.
-- Давно вы здесь?
-- Часа два, командир. Вы спали так крепко, когда я вошел, что не слыхали меня, и, ей-Богу, мне жаль было будить вас, сон такая хорошая вещь! Но позвольте, я зажгу свечи, тут ни зги не видать.
Говоря это, Оборотень взял с очага потухающую за недостатком горючего материала головню, сильно дул на нее, пока показался беглый огонек, и зажег свечу, которую поставил на стол.
-- Вот, -- сказал он, -- это дело сделано. А теперь, -- прибавил он, бросив на очаг два пучка прутьев, -- с позволения вашего, я разведу огонь; чертовская стужа, а я промок до нитки.
-- И в самом деле, мой бедный друг, но как же вы не высохли в два часа, что сидите здесь?
-- Потому, командир, что надо было развести огонь, а я не хотел будить вас, как уже сказывал.