Он оглянулся и спросил у сержанта, который таким образом обратил на себя его внимание:
-- Что вам надо?
-- Мне ничего, -- ответил солдат, -- вот благородные господа, которых вы там видите, желают задать вам несколько вопросов. Встаньте и следуйте за мною.
Старик бросил последний взгляд на раненого, встал, не возражая, и направился к тому месту, где сидели офицеры. Подойдя к ним, он поклонился и ждал, когда им угодно будет обратить к нему речь.
Пруссаки, рассмотрев старика, тотчас же узнали в нем анабаптиста по темному цвету и устаревшему покрою его грубой одежды, застегивавшейся крючками вместо пуговиц.
После минуты безмолвия капитан Шимельман спросил:
-- Кто вы? Как вас зовут? Что вы тут делаете? -- Старик будто не замечал повелительного и грозного тона, которым произнесены были эти слова.
-- Я готов, сударь, -- сказал он кротким голосом, -- отвечать, насколько сумею, на все вопросы, какие вам угодно будет сделать мне, но я просил бы вас обращаться ко мне только с одним зараз, дабы я мог отвечать ясно.
-- Пожалуй, -- согласился капитан тоном уже не таким грозным, -- как вас зовут?
-- Меня зовут Иоганом Шипером.