В этом-то заключался вопрос, и разрешить его было нелегко.
Неизвестный осмотрелся вокруг с отчаяньем утопающего, который чувствует, что идет ко дну, но и взгляд этот не принес ему облегчения. О грубую вещественную преграду разбивались все его усилия -- он должен был пройти по снегу и тем выдать себя.
Прислонившись к стене, он скрестил руки на груди и погрузился в глубокие размышления.
Пробило половину двенадцатого; звуки колокола заставили его встрепенуться, он с живостью поднял голову.
-- Время проходит, -- пробормотал он, -- мне нельзя не пойти на это важное свидание. Как быть? Что будет, если он не увидится со мною? Во что бы ни стало надо выйти из этого смешного положения. Проклятый снег!
Вдруг он ударил себя по лбу, и лицо его просияло насмешливой улыбкой.
-- Эврика\ -- вскричал он, доказав восклицанием этим, что человек с образованием. -- Эврика\ Олух я! Ведь проще ничего быть не может! А я-то не подумал об этом! Хитер будет тот, кто догадается!
На его счастье, громадная жердь футов пятнадцати в длину лежала вдоль стены, к которой он прислонился; жердь эту он нечаянно задел ногою и заставил откатиться -- она и была средство, она была спасение. Он поднял ее, поставил к стене, потом, подобрав плащ, подвязался так, чтобы ему свободно было действовать, и взялся за жердь.
Незнакомец был молод, вероятно, ловок и к тому же знаком с гимнастическими упражнениями, иначе он и не мог бы рассчитывать на успех смелой своей попытки. Итак, он взялся за жердь, поставил ее одним концом в снег как можно дальше и разом прыгнул на большое расстояние от дома; пять раз он повторял эту проделку и в пятый раз очутился на опушке леса, не оставив благодаря заботливости, с какою каждый раз затаптывал следы, других признаков за собою, кроме темных пятен без малейшего подобия формы ноги.
-- Ей-Богу! Преполезное упражнение в это время года! -- вскричал он, весело потирая руки, когда поставил жердь к дереву. -- Я весь в поту. Хитер будет тот, кто угадает такой фокус! Ну, штука сыграна на славу! Теперь за дело, нельзя терять ни минуты.