По приказанию Паризьена вольные стрелки устроили из этого леса нечто вроде платформы у самого подножия дерева, предназначенного служить виселицей.
Исполнив это, Жейера поставили на платформу, прислонив спиной к дереву, на шею ему накинули петлю, два волонтера приподняли его, и Паризьен сунул ему под ноги толстую чурку, потом веревку прикрепили так, чтобы она не соскользнула.
-- Вот и готово, -- сказал Паризьен, потирая руки, -- механика на славу, надеюсь.
Три вольных стрелка сошли с платформы, предоставив несчастного банкира его судьбе.
Вот каково было его положение: туловищем прислоненный к стволу дерева, он ногами опирался на чурку, и веревка с петлей, накинутой ему на шею, была натянута не настолько, чтобы сильно спирать дыхание, но при малейшем движении, которое он сделает, чурка неминуемо выкатится из-под его ног, он потеряет равновесие и будет повешен безвозвратно.
Паризьен великодушно предупредил его об этом.
-- Ради Бога, убейте меня сейчас! -- вскричал несчастный. -- Не осуждайте меня на эту пытку.
-- Души мы губить не хотим, -- холодно возразил сержант, -- вы большой грешник, пользуйтесь немногими минутами, которые вам остаются, молитесь и кайтесь пред Господом.
-- Разве нескольких минут достаточно, чтоб вымолить прощение моих проступков? -- вскричал осужденный в отчаянии.
-- Это ваше дело и до меня не касается.