Большая зала гостиницы превращена была в некоторое подобие караульни, саксонские солдаты сидели у столов, пили и ели, старый унтер-офицер с угрюмым лицом прохаживался взад и вперед между своими подчиненными, на которых бросал мрачные взгляды, не переставая, однако, курить огромную трубку, всегда находившуюся при нем.
Полковник с своими адъютантами вошел в гостиницу. Унтер-офицер остановился, сказал слово солдатам, которые тотчас вскочили, вытянулись и отдали полковнику честь с подобающим церемониалом.
-- Генерал Дролинг где? -- спросил полковник у трактирщика, который подбежал к нему, сняв шапку.
-- Его превосходительство изволят завтракать, -- почтительно ответил хозяин, -- совсем уже кончают.
-- Хорошо, доложите генералу, что полковник фон Экенфельс спрашивает, угодно ли ему будет принять его.
-- Сию секунду, господин полковник, -- ответил трактирщик.
И, отдав честь, он бегом помчался вон из залы.
-- Господа, -- обратился полковник к адъютантам, -- вы подождете меня. Не здесь, -- прибавил он, бросив презрительный взгляд на солдат, которые все стояли вытянувшись в струнку, неподвижные и держа руки под козырек, -- но в отдельной комнате, где вы будете одни.
Трактирщик вернулся.
-- Его превосходительство просит ваше высокоблагородие пожаловать наверх, -- сказал он.