-- Неприятно вам это? -- спросил генерал, осушая стакан, который молчаливый товарищ его только что наполнил.
Этот странный не то товарищ, не то адъютант, по-видимому, имел обязанностью наливать стакан начальника и пить как бочка: два дела, исполняемые им добросовестно и с редким усердием.
-- Нисколько, ваше превосходительство, -- возразил Экенфельс, стараясь скрыть гримасу, -- напротив, я очень рад. Итак, ваше превосходительство сменили генерала фон Вердера в командовании Эльзасом?
-- Да, -- ответил тот небрежно, -- возьмите же себе сигару. Барон Мольтке находит его слишком вялым и в особенности слишком мягким с населением бунтовщиков.
-- Я не скажу этого.
-- Однако это так. Отличный военный этот барон Мольтке! -- вскричал Дролинг, взявшись за стакан. -- За его здоровье!
-- Исполин! -- восторженно вскричал полковник и осушил свой.
-- Чудо! -- сиплым голосом подтвердил адъютант. Знакомство было сделано, вместе курили, пили вино и кофе. У немцев особенные правила гастрономии.
-- Прескверные у вас шпионы, -- заговорил опять Дролинг между двух клубов дыма, -- оттого они и служат вам самым жалким образом.
-- Вы находите, ваше превосходительство?