-- Благодарю тебя, сын мой, мне отрадно слышать твои слова. Увы! я очень бы хотел еще раз увидеть их, прежде чем глаза мои на век сомкнуться -- но, к несчастью, это невозможно. Ты скажи им, Рафаэль, как сильно я любил их...
Вы сами скажете им это, дорогой отец! -- перебил его молодой человек, успокаивающим тоном.
-- Как? неужели я увижу их? -- воскликнул старик, и голос его дрогнул от внутреннего волнения.
-- Да, отец, ведь они уже спешат сюда. Лоп пошел за ними!
-- О, Рафаэль, сын мой! да благословит тебя Господь Бог за это. Я обязан тебе тем, что увижу их еще раз и умру на руках всех моих дорогих и близких.
-- Мужайтесь, вот и они!
-- О, пусть они спешат, пусть идут ко мне! -- с воодушевлением воскликнул старик, -- я чувствую, что жить мне осталось всего несколько минут.
Между тем обе женщины, следуя за доном Лопом и стараясь заглушить свои рыдания, подошли к умирающему и опустились на колени. Он протянул им руки, которые те стали покрывать их страстными поцелуями, глотая слезы.
-- Не плачьте, дорогие мои, -- ласково сказал им ранчеро, -- я очень счастлив, что умираю окруженный вами. Для меня эта смерть отрадна и не страшна. Ах, только теперь я вполне понял, как горячо я вас люблю и разлука с вами для меня очень тяжела.
Старик смолк. Очевидно, силы вновь начинали изменять ему.