В этот момент сыновья старика оба разом накинулись на Торрибио, но смелый молодой человек, не выждав их нападения, предупредил их, набросившись на двоих сразу с мачете в одной руке и длинной навахой в другой.
-- А, вы вот чего хотите! -- воскликнул он, смело скрещивая с ними оружие.
Но бой был слишком неравен: несмотря на всю свою необычайную силу, ловкость и проворство, он был один против двоих и эти двое не уступали ему ни в силе, ни в ловкости, ни в умении владеть оружием. Кроме того, они держались наготове и окутанная плотным сарапе левая рука служила им прекраснейшим щитом, которым они с успехом могли парировать удары, наносимые им их врагом, тогда как у Торрибио обе руки были заняты и с одним из двух неприятелей ему приходилось сражаться левой рукой. Несмотря на то, борьба продолжалась долго; сыновья старика старались только обезоружить Торрибио, не желая наносить ему ран.
Но вот, наконец, отважный пришелец испустил пронзительный, яростный крик и сделал прыжок к воде.
-- Ну, не так скоро! Погоди, к чему торопиться!? -- насмешливо остановил его старик, удерживая за платье.
Ловкие молодые люди ухитрились так запутать оружие Торрибио в складках своих сарапе [ плащей ], что тот поневоле вынужден был выпустить его из рук.
-- Сдаешься ты теперь? -- спросил старик.
-- Я безоружен! -- угрюмо ответил молодой человек.
Старик пожал плечами.
-- На что ты жалуешься, смотри, ведь, на тебе нет и царапины, Dios me libre!