-- Любезный граф, я старый солдат-волонтер; жизнь была неласкова ко мне, двадцать лет я проливал кровь во всех европейских битвах, и ни разу смерть не вспомнила обо мне. Вернувшись на родину, я не нашел никого из близких; те, кого я знал, умерли или забыли меня, что еще хуже. Несчастье делает злым и эгоистом. Гордость не позволила мне раскрывать перед всеми мои сердечные раны; я сосредоточился на самом себе, решив оглохнуть и ослепнуть ко всему -- и хорошему, и дурному -- вокруг меня и искать покоя в забвении и равнодушии. Случай свел меня с вами, и, не знаю почему, я с первого взгляда почувствовал к вам симпатию.
-- Странно!-- прошептал граф.-- И я, увидев вас, почувствовал то же.
-- Я решился бежать от вас, чувствуя, что симпатия моя превратится в горячую дружбу. Не умея ни наполовину ненавидеть, ни наполовину быть другом, я испугался, так как не хотел привязываться ни к кому на свете. Одним словом, я решился бежать.
-- А теперь? -- мягко спросил граф.
-- Теперь? -- повторил обычным насмешливым голосом капитан.-- О, теперь, граф, судьба оказалась сильнее меня! Я снова увиделся с вами -- и конец!
-- Так вы согласны принять мою дружбу?
-- Нет, вы должны принять мою со всем, что в ней есть дурного и хорошего. Что делать, граф! Судьба велит мне любить вас, и я подчиняюсь. Если бы вы и захотели помешать этому, так вам не удастся.
-- О, об этом не беспокойтесь,-- отвечал Оливье.-- Если моя счастливая звезда, особенно в настоящую минуту, ставит на моем пути человека, подобного вам, я остерегусь выпустить его из рук.
-- Тем лучше, если вы думаете то, что говорите, граф.
-- А вы разве сомневаетесь, капитан?