-- Вот уж скоро две недели, как вы уведомлены о моем приезде, и до сих пор не нашли удобного места для нашего свидания.
-- Милейший мой, вы, кажется, забываете, что я духовное лицо, и мне приходится скрываться.
-- Это правда; черт бы побрал всю эту историю! Но что же в таком случае нам остается делать?
-- Вот что, вы давно не были в Париже?
-- Со времени процесса Point du four, вы понимаете, я боялся здесь показаться. Там, где сильные ходят, высоко подняв голову, слабым приходится низко опускать ее. Признаюсь вам, я очень странным образом попал в эту историю. Оскорбление его величества! Знаете ли, мой друг, ведь я рисковал быть повешенным! Но поищем возможность поговорить наедине. Нашел,-- вскричал он вдруг, ударив себя по лбу.-- Следуйте за мной.
-- Что вы хотите делать? -- спросил Грендорж с некоторым беспокойством.
-- Все равно, пойдемте.
-- Пожалуй, пойдемте, если вы этого хотите,-- нехотя согласился священник, не вполне доверяя выдумке сержанта.
Они обошли бронзового коня и по ступеням, спускавшимся с моста, сошли на какую-то маленькую, почти микроскопическую набережную; она примыкала к самой Сене, и к ней рыбаки часто привязывали свои легонькие лодочки.
-- Уф! Вот мы, слава Богу, и пришли!-- сказал сержант.-- Теперь, надеюсь, вы понимаете мой план?