-- Граф де Мовер -- наш начальник,-- возразил барон де Сент-Ромм,-- и ему одному принадлежит право составить план наших действий.
-- Только не теперь, господа,-- отвечал граф,-- вы сами видели из письма маркиза де Фова, что Беарн, Наварра и другие провинции, принадлежавшие владениям покойного короля Генриха Четвертого, возмущенные несправедливой политикой герцога де Люиня, восстали, употребив последние усилия, чтобы не подчиниться требованиям Людовика Тринадцатого и сохранить свои привилегии. Повсюду восстают наши братья, жертвуя имуществом и вассалами для поддержания своих прав, которых так несправедливо не хотят признавать за ними. В Париже некоторые из наших пасторов с отцом Грендоржем во главе собрали даже значительные суммы и отослали их в Ла-Рошель.
-- Да,-- сказал граф д'Орваль,-- все это мы теперь знаем, но не понимаем только, каким образом ведется война.
-- Действительно,-- прибавил барон де Сент-Ромм,-- последние новости, полученные нами, говорлт о несогласиях между нашими начальниками; герцог де Рога и находил, между прочим, что не настала еще минута для решительного восстания, и хотел идти наперекор общему собранию в Ла-Рошели.
-- Тем более,-- добавил граф д'Орваль,-- что король располагает теперь значительными силами, и мы были уже однажды застигнуты врасплох.
-- Все это совершенно верно, господа,-- заметил граф дю Люк,-- герцог де Роган действительно всеми силами старался воспрепятствовать войне: он боялся, что все наши усилия будут тщетны из-за несогласия, возникшего между начальниками протестантов. Но герцог, тем не менее, всей душой предан нашей религии и всегда поступает согласно с общим желанием. Чтобы защитить наше дело, он вступил в борьбу, не слушая выгодных предложений герцога де Люиня. Прежде все города отворяли свои ворота войскам коннетабля; теперь уже далеко не то, господа; лев проснулся, и королевские войска со страхом остановились перед ним. Герцог де Роган, оставив в Кастре супругу, уехал в Ла-Рошель, в то время как брат его заперся в Сен-Жан-д'Алжели, решившись защищаться до конца.
Это сообщение было прервано криками восторга.
-- Это еще не все, господа,-- сказал Оливье.
-- Герцог де Роган уведомил меня о своем намерении снабдить гарнизоном Монтобан; он желает сделать его и Ла-Рошель главным средоточием нашей религии.
-- А как же мы?!-- вскричали с жаром дворяне, чей энтузиазм был возбужден в высшей степени.