-- Я думал только о том. что любил...
-- Конечно, конечно! Заметьте, граф, как ни грубы вам покажутся мои вопросы, я ставлю их в высшей степени осторожно. Я не спрашиваю, кто любимая вами женщина -- замужняя или девушка, вдова или разведенная с мужем; я понимаю, что мужчина должен уважать женщину, которую любит. Эта дама живет, кажется, на улице Серизэ.
-- Этого я вам не могу сказать, капитан.
-- Я и не спрашиваю. Я знаю точно. Случайно проходя мимо одного дома на этой улице, я видел вас на стене сада; вы собирались спрыгнуть оттуда.
-- А! Но как же я вас не видел?
-- Очень просто. Я догадался, что вам не будет приятно, если я вас увижу в такой необычной позе, и отошел в сторону, пока вы не ушли. Теперь я вам объясню, почему затеял с вами этот разговор. Это дело может иметь очень серьезные последствия,
-- Но каким образом...
-- Постойте, постойте. Вы говорили графу дю Люку о вашей любви?
-- Да, но, разумеется, не называя имени, просто, чтобы объяснить ему мое присутствие в Париже. Вы понимаете, капитан, ведь я не настолько бестактен, чтобы рассказывать графу...
-- Corbieux! Конечно, понимаю!-- вскричал Ватан, встав и крепко сжав обе руки молодого человека.-- Хорошо, граф, вы поступили как благородный человек. Благодарю вас.