Жди меня через три дня после того, как придет подкрепление, я буду в..."
Второй страницы не было, но, судя по всему, она была не оторвана, а отрезана.
-- Больше ничего,-- прошептал граф,
-- Вероятно,-- сказал паж,-- кто-нибудь другой до меня рылся в карманах убитого крестьянина; торопясь вскрыть письмо, разорвал его и бросил, как ненужное, оттого и эти пятна крови.
-- Да!-- сказал граф.-- Теперь сомневаться больше невозможно. О, герцог де Роган! Вы сожалеете обо мне, бедном, ослепленном ревностью!.. И я не могу отомстить!
-- Отомстить всегда можно, моисеньор,-- вкрадчиво заметил паж.
-- Да, тому, кто довольствуется ударом кинжала; нет, я хотел бы видеть человека опозоренным, униженным на моих глазах... всю жизнь, честь отдал бы за это!
-- Успокойтесь, монсеньор, вы говорите в порыве гнева и после, может быть, станете раскаиваться в своих словах.
-- Я? Раскаиваться? -- с горьким смехом ответил Оливье.-- Ты не знаешь, как я ненавижу этого человека! Послушай, дитя мое, твои таинственные исчезновения обратили на себя внимание окружающих, тебя подозревают, но я верю тебе по-прежнему.
-- Меня подозревают, монсеньор? -- сказал, слегка побледнев, паж.