Но тут произошло нечто неожиданное. Кучер стремительно выпрямился и начал с удивительной силой и ловкостью хлестать бичом по лицам налетчиков, так что те, взвыв от боли, отскочили в сторону.
Тем временем распахнулись дверцы кареты, и из нее выскочили пятеро отважных молодых людей с револьверами в руках и обрушились на разбойников.
Карета, с виду такая беззащитная, явила собой некое подобие легендарного троянского коня. Находившиеся в ней отважные молодые люди решили, если потребуется, пожертвовать жизнью, но не допустить попрания их человеческих прав.
Кучер, расправившись с двумя негодяями, пытавшимися сбросить его с козел, поспешно принялся зажигать факелы, которые, надо думать, оказались у него не случайно, укреплять их на крыше кареты, по всей вероятности, затем, чтобы осветить место битвы и лишить налетчиков возможности скрыться в темноте. Покончив с этим делом, он соскочил с козел, перерезал постромки у лошадей, которые, обрадовавшись такому редкому знаку внимания, тотчас же умчались, не дожидаясь окончания битвы. Затем он храбро стал рядом с пятерыми, защищавшими дверцы кареты.
Налетчики, рассчитывавшие захватить врасплох беззащитных девушек, были обескуражены таким поворотом событий и отступили на несколько шагов.
Но дон Луис и его спутники -- читатель, по всей вероятности, уже узнал их -- не дали им времени опомниться, смело бросились на них.
-- Проклятие! -- вскричал один из бандитов. -- Нам изменили! Смелей, соратники!.. Бей этих негодяев!
-- Разумеется, вам изменили, сеньор дон Рамон, -- отвечал дон Луис насмешливым тоном, -- и вы дорого заплатите за это дерзкое нападение, клянусь вам!
-- Подлый авантюрист! -- вскричал в бешенстве дон Рамон и ринулся на француза.
К несчастью для мексиканцев, им пришлось иметь дело с опасными и опытными бандитами, закаленными чуть ли не в ежедневных сражениях и мастерски владевшими оружием. У мексиканцев, прямо скажем, было мало шансов на победу.