Луи Морэн с той неумолимой жестокостью, которой требовали обстоятельства, приказал прирезать раненых, что пеоны тотчас же и сделали, и даже весьма охотно. Затем вырыли яму, побросали в нее трупы убитых и засыпали сверху землей.
И только предводитель был удостоен "особой чести". Непреклонный француз приказал повесить его за ноги на дерево, как суровое предостережение рыцарям большой дороги. Но прежде, чем пеоны приступили к этой посмертной казни, он сам сдернул черную вуаль, скрывавшую лицо разбойника.
-- Капитан Блаз! -- сказал француз Мигуэлю. -- Я так и знал! -- Теперь уже с уверенностью можно сказать, кто именно на нас нападал.
-- Дон Рамон, не так ли? -- спросил дон Мигуэль.
-- Только он один и обладает средствами, позволяющими купить капитана Блаза и заставить его покинуть в такое время Мехико, -- продолжал Луи Морэн. -- Вот и конец похождениям достойного капитана! Прости ему, Господи, его прегрешения! Ну, а теперь повесьте его, -- добавил он, обращаясь к пеонам.
Приказание было немедленно исполнено. Затем дон Луис отвел своего друга в сторону.
-- Дон Рамон грозил нам не напрасно. Эта неудача его не остановила, наоборот, он еще больше озвереет, пустит в дело всю свою хитрость и постарается отомстить нам во что бы то ни стало.
-- Признаться, я не согласен с вами, дон Луис, -- ответил дон Мигуэль. -- Дон Рамон, по всей вероятности, уже давно идет по нашему следу, и, видя, что мы приближаемся к индейской территории, поспешил напасть на нас... Но я не думаю, что он решится последовать за нами в пустыню, где ему точно так же, как и нам, придется испытывать на себе коварство пустыни... Эта неудача должна убедить его в невозможности одолеть нас и, если только он не сумасшедший, он должен отказаться от новых попыток и тогда мы больше о нем не услышим.
-- Увы! К сожалению, я должен вас разочаровать, дон Мигуэль! Дона Рамона я знаю давно. В его жилах течет индейская кровь... Он меня ненавидит и, кроме того, поклялся во что бы то ни стало захватить ваших кузин. Он не остановится ни перед чем -- одна только смерть может помешать ему сдержать клятву.
-- Значит, мы его убьем, -- живо отвечал молодой человек.